Что делать?
15 августа 2020 г.
Дефицит гражданского

Михаил Златковский

Гражданское общество — это такое общество, где граждане способны объединяться для защиты самых разных своих интересов (от интересов жителей дома, квартала, города, региона, страны до интересов представителя пола, профессии, социальной группы, меньшинства и т.д.). Гражданское общество автономно даже от «государства открытого доступа к разного рода занятиям», то есть демократического государства без «крыш» и обязательной дани чиновникам. Государства, где представители власти не жулики, воры и взяточники, а подконтрольные обществу менеджеры. С таким государством гражданское общество самым тесным образом взаимодействует.

В странах Западной Европы и Северной Америки гражданское общество сформировалось давно, по мере расширения и гарантий прав простолюдинов, появления среднего класса. Там люди умеют отстаивать свои интересы и понуждать власть прислушиваться к своим требованиям. При этом фундамент гражданского общества — именно умение граждан отстаивать свои права и их желание нести ответственность за себя, за условия своей жизни.

Иное дело авторитарное «естественное» государство. Здесь по разные стороны баррикад власть-эксплуататор и слабое гражданское общество. Авторитарной власти не нужен контроль «снизу» и всякая там самодеятельность граждан. Отсюда щедро раздаваемые ярлыки «иностранных агентов», обыски офисов НКО, изъятие жестких дисков, контроль за перепиской, посадки. Так происходит в Северной Корее, во многих африканских королевствах, в среднеазиатских постсоветских государствах. А где находимся мы? Несомненно, в средневековом болоте «естественного» российского государства.

Но вспомним, в России в начале ХХ века наряду с политическими организациями стали создаваться и общественные — профсоюзные, просветительские, творческие, позже различные солдатские, крестьянские, рабочие советы, комитеты, ширилось кооперативное движение. Все эти организации были разогнаны с приходом к власти большевиков. На долгие десятилетия население СССР лишили какой-либо возможности к самоорганизации. Любые общества или союзы возникали только по указке сверху, их деятельность жестко контролировалась партноменклатурой.

С момента прихода к власти Ленин, а вслед за ним и Сталин считали нужным вытеснить саморегулирование общества диктатом партии. То, что в условиях либеральной демократии решается путем дискуссий, компромисса, в СССР навязывалось через диктатуру. Любая несанкционированная общественная деятельность приводила к аресту. Гражданское общество оказалось антагонистом социализму.

На исходе советской власти, когда прессинг КПСС и КГБ ослаб, стали возникать многочисленные объединения. Весной 1989 года один за других создавались клубы избирателей. Был создан Ленинградский народный фронт, за ним конституирован Московский народный фронт. 1990-й ознаменовался созданием большого числа партий и самой массовой организации — движения «Демократическая Россия». Народные фронты и движения возникли и в республиках СССР. Ленинградский народный фронт одержал победу на выборах в Ленсовет, из 43 депутатов от Ленинграда 40 прошли по спискам Народного фронта. Начали образовываться независимые профсоюзы — шахтеров, авиадиспетчеров, летного состава гражданской авиации, докеров.

Но тяготы трансформационного спада экономики, вызванного переходом к рынку, существенно ослабили общественную активность россиян. Закрылись оборонные предприятия и институты, из-за своей неконкурентоспособности прекратили работу многие заводы и фабрики. Люди остались без работы, пошли мешочниками торговать на рынки. Надежды на то, что с падением власти коммунистов жизнь станет похожей на жизнь на Западе, не оправдались. Формирование некоммерческих организаций замедлилось, народные фронты распались. С приходом к власти президента-чекиста Путина многие организации получили статус иностранного агента, что не способствовало их популярности. Зато властью стали формироваться эрзац-сообщества, предназначенные для имитации ее поддержки перед камерами телевидения.

Тем не менее, в России отмечены яркие случаи самоорганизации и сопротивления непродуманным или неправильным решениям властей. В Петербурге активные граждане не дали разрушить исторический отель «Англетер», заблокировали возведение офиса Газпрома «Охта-центр» на развалинах шведской крепости Ниеншанц. Можно вспомнить протесты пенсионеров против монетизации льгот и сопротивление дальнобойщиков введению грабительской системы «Протон».

И все же, отвечая на вопрос «Есть ли в современной России гражданское общество?», надо учитывать ментальность большинства россиян, а не активность немногих. Приходится признать: оно есть, но в зачаточном состоянии. Созданы институты гражданского общества — партии, профсоюзы, различные общественные организации, в том числе правозащитные. Многие из них несовершенны, но они есть. Остались в небольшом числе и независимые СМИ. Но гражданское общество — это ведь стиль жизни и мышления подавляющей части общества, оно в активности многих граждан, в их правовой и политической культуре. Но главное — в умении самоорганизовываться. Есть ли гражданское общество «в головах» большинства наших людей?

Если сравнить Россию с Арменией, то видно, насколько мала у россиян склонность к объединению и совместным действиям. Российское общество больно патернализмом, мы в большинстве своем полагаемся не на свои силы, а на мифическую помощь государства, точнее, на его подачки. Власть и общество у нас живут порознь. Власть как корпорация высокооплачиваемых чиновников и депутатов, а фактически казнокрадов и олигархов стремится сохранить себя и свои возможности обогащения. Нищета, образование и плохое медицинское обслуживание простолюдинов ее не волнуют. А само российское общество пассивно, ему важнее пресловутая «стабильность» при низком уровне зарплат и пенсий. У людей нет доверия друг к другу, наше общество самое атомизированное в мире. При этом у россиян нет понимания, к каким трагическим последствиям ведет их пассивность.

А жаль. Нас ждет прогрессирующая отсталость страны, нищета населения. Налоговиков у нас на 100 тыс. населения в 4 раза больше, чем в США. Мы чемпионы мира по числу чиновников в Пенсионном фонде. В Газпроме добыча газа не растет, а число служащих выросло с 398 тыс. до 470 тыс. человек. Наши госкорпорации реально не способны производить что-либо принципиально новое и конкурентоспособное. Если упадут цены на нефть, что будут делать россияне? Собирать в лесу грибы? А ведь цены в магазинах растут уже сегодня, при стоимости нефти больше 70 долл. за баррель. Растет квартплата. Мы знаем обо всем этом, но молчим. Выходит, согласны жить как нищие африканцы? Или все-таки найдем в себе силы объединяться и, как армяне, защищать свои интересы и в доме, и в городе, и в стране?


Графика Михаила Златковского












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Клановый российский капитализм. Часть 2
6 АВГУСТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дайджест публикаций Леонида Косалса Кланы в современной России ведут свое происхождение с советских времен. Тогда неформальные отношения существовали на всех уровнях, снизу доверху, от заводского цеха до Политбюро. Эти многочисленные «тайные общества» были полностью закрыты для посторонних. Если «толкач» с одного завода ехал на другой, чтобы добыть дефицитный металл для простаивающего станка, то информация о том, сколько это стоило, кому именно пришлось оказать услуги или заплатить, не должна была «утекать» посторонним, так как это создавало реальную опасность попасть под пресс государства с лишением партбилета, открытием персонального или уголовного дела и другими репрессиями. Закрытые сообщества исполняли роль своего рода защитного механизма, который помогал человеку выжить в репрессивном государстве.
Клановый российский капитализм. Часть1
4 АВГУСТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дайджест по публикациям Леонида Косалса   Важнейшая черта нашего общества — «клановое государство», основная функция которого — обеспечение благоприятных условий для крупнейших кланов, создание им преимуществ перед всеми другими участниками политической и экономической жизни. Кланы — это закрытые теневые группы бизнесменов, политиков, бюрократов, работников правоохранительных органов, иногда представителей организованной преступности. Они объединены деловыми интересами и неформальными отношениями. Наличие таких кланов — главное отличие России от стран с конкурентным рынком,  где главную роль играют независимые предприниматели, конкурирующие между собой.
О нашем «естественном государстве»
31 ИЮЛЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
В Хабаровске три недели протестуют граждане. Против чего они протестуют? Против ареста губернатора Сергея Хургала? Или против порядков, допускающих арест избранного народом губернатора по странным обвинениям? Его этапирования в Москву для расправы в «карманном» суде? Если это так, то требование граждан проводить суд присяжных в Хабаровске  — это прелюдия очередной смены правил нашей жизни, или того, что именуется термином «государство». В поправках в Конституцию в ст. 75/1 их авторы записали, что в РФ «создаются условия для взаимного доверия государства и общества». Что они понимают под словом «государство»?
Борьба с коррупцией в Сингапуре. Часть 2
28 ИЮЛЯ 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Сегодня Россия — сырьевой придаток  развитых стран. Высокотехнологичных производств почти не осталось. Но развитие России  остановить даже с помощью репрессий вряд ли удастся. Рано или поздно и наш народ  избавится от  коррумпированной авторитарной власти номенклатуры. Тогда и встанет остро вопрос о назревших реформах, Впрочем, уже сегодня нам полезно знакомиться с опытом  наиболее продвинутых в этом отношении  стран, в частности Сингапура. Об этом идет речь в предлагаемом читателям «Ежедневного журнала» дайджесте по книге премьер-министра Сингапура  Ли Кань Ю. Часть 1. 
ОГЭ, ЕГЭ и другие
27 ИЮЛЯ 2020 // ИОСИФ СКАКОВСКИЙ
Недовольство состоянием школьного образования стало общим местом в современном российском обществе. Недовольны преподаватели и учащиеся, ворчат родители, возмущаются журналисты и деятели культуры. Доволен только чиновник, в руках которого это образование оказалось. Поговорим об одной из причин этого недовольства. С появлением ОГЭ и ЕГЭ, по крайней мере, начиная с 9 класса, школьные уроки в России полностью превращаются в процесс подготовки к этим экзаменам.
Россия послеиюльская
24 ИЮЛЯ 2020 // ЕВГЕНИЙ БЕСТУЖЕВ
Политическая ситуация в России внезапно обрела динамику. Первоиюльское голосование, задуманное для окончательного наведения в стране кладбищенской тишины, пока что имеет иные последствия. Незапланированные властями. Репрессивная волна поднялась в первые же дни жизни по новой «конституции». Это предсказывалось заранее. Но небывало массовый отпор, даже локальный, показал, что тут у них явно что-то пошло не так. В России, впрочем, что ни случись, всё неожиданно. Зато потом: «Да быть иначе просто не могло!»
Ли Куан Ю. Борьба с коррупцией в Сингапуре. Часть 1
22 ИЮЛЯ 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Сегодня Россия — сырьевой придаток  развитых стран. Высокотехнологичных производств почти не осталось. Но развитие России остановить даже с помощью репрессий вряд ли удастся. Рано или поздно и наш народ избавится от коррумпированной авторитарной власти номенклатуры. Тогда и встанет остро вопрос о назревших реформах. Впрочем, уже сегодня нам полезно знакомиться с опытом наиболее продвинутых в этом отношении стран, в частности Сингапура. Об этом идет речь в предлагаемом читателям «Ежедневного журнала» дайджесте по книге премьер-министра Сингапура Ли Куан Ю.
Борьба с коррупцией в Сингапуре: извлекая уроки
20 ИЮЛЯ 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Сейчас Сингапур – наименее коррумпированная страна в Азии. Этот статус год за годом подтверждают исследования, проводимые Politicaland Economic Risk Consultancy (PERC)[1] и Transparency International[2]. Почему коррупция перестала быть нормой общественной жизни в Сингапуре? Какой полезный опыт можно извлечь из истории противодействия ей? Для того чтобы ответить на эти вопросы, стоит обратиться к причинам коррупции в колониальном Сингапуре, основным методам противодействия коррупции и урокам, которые необходимо усвоить.
Европейский опыт борьбы с коррупцией: Финляндия
15 ИЮЛЯ 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
В последнее время в социальных сетях все чаще встречаются  призывы к смене в России политической системы. Что послужило для этого триггером? Позорная инсценировка всенародного одобрения поправок к Конституции? Или дает себя знать естественная смена поколений, а значит, и представлений россиян о желательном мироустройстве? 
Шведские уроки
3 ИЮЛЯ 2020 // СЕРГЕЙ МАГАРИЛ
Большую часть ХХ в., как и первые годы XXI в., Швецией управляло правительство, сформированное Социал-демократической рабочей партией Швеции (СДРПШ). Девиз международной социал-демократии: «Свобода — Справедливость — Солидарность». Именно такие идеалы правящая партия последовательно воплощала в своей политике. И это вызывает значительный интерес, поскольку за десятилетия правления социал-демократов Швеция не только была преобразована из аграрного в высокоразвитое индустриальное общество, но и достигла социально-экономического благополучия. Социальные реформы мотивированы общенациональным интересом — расширенное воспроизводство «племени», а социальная защищенность стала частью национального самосознания. Социал-демократы продемонстрировали широкие и надежные обязательства в социальной сфере.