КОММЕНТАРИИ
В обществе

В обществеСторонники автокефалии тоже за симфонию. Презентация исследования об отношении к украинской автокефалии в интернет-СМИ России и Украины

13 АВГУСТА 2019 г. ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ

17-18 августа в КВЦ «Сокольники» состоится ежегодный фестиваль Преображенского братства «Преображенские встречи», который, как правило, собирает тысячи участников. В рамках фестиваля пройдет презентация исследования аналитического центра «Стол.ком»*, который проанализировал отражение в интернет-СМИ России и Украины конфликта, возникшего в связи с предоставлением Константинопольским патриархатом Томоса об автокефалии Украинской церкви.

Выборка (в базе Интегрум)

Россия: vz.ru, gazeta.ru, iz.ru, rg.ru, rbc,ru aif.ru, ng.ru, lenta.ru, kommersant.ru, meduza.io

Украина: obozrevatel.com, gordonua.com, strana.ua, nv.ua, 112.ua, korrespondent.net, podrobnosti.ua, telegraf.com.ua, newsyou.info

+   Дополнительно нишевые СМИ

+   Россия: pravoslavie.ru, pravmir.ru, patriarchia.ru

+   Украина: risu.org.ua, news.church.ua

 ТАСС

«Ежедневный журнал» поговорил с руководителем исследования, журналистом и социологом Ольгой Солодовниковой.

 

ЕЖ: Вы делали выборку СМИ с помощью агрегатора Интегрум, хотелось бы уточнить — он сам выдает набор СМИ, которые вы анализируете, или вы самостоятельно делаете выборку и по какому принципу?

О.С.: Выборка в любом исследовании дискурса — уязвимая вещь, и Интегрум просто позволил добиться большей объективности. В российском и украинском сегментах с его помощью мы выбирали интернет-СМИ с максимальным количеством публикаций, содержащих ключевые слова «Украина» и «церковь». Замечу, что Интегрум онлайн ресурсы газет («Коммерсанта» или «Известий») тоже считает интернет-СМИ, поэтому они вошли в наш перечень. Потом с помощью ресурса веб-аналитики Similarweb мы выбрали наиболее посещаемые порталы. Для России норма отсечения оказалась от 10 млн заходов, для Украины от 4 миллионов. Наконец, на третьем этапе в выборку были дополнительно включены интересные с точки зрения позиционности или глубины аналитики издания (скажем, meduza.io как ярко либеральное российское СМИ, ng.ru как ресурс, содержащий специальное приложение «Религии»). По украинским СМИ, ландшафт которых напоминает российские СМИ 90-х, мы старались сформировать максимально взвешенную выборку: то есть при прочих равных брать как оппозиционные, так и провластные СМИ. Дополнительно мы посмотрели нишевые религиозные СМИ двух стран, надеясь обнаружить там более глубокую аналитику. В итоге у нас оказалось 10 509 текстов для анализа: 3292 — Россия, 7217 — Украина, в период с 1 сентября 2018 года по 15 января 2019-го, когда тема автокефалии была наиболее обсуждаемой.

 

ЕЖ: Когда вы начинали исследование, вы ставили перед собой какие-то задачи?

О.С.:  В церкви не так часто происходят события, которые выходят за рамки церковных медиа. Хотелось воспользоваться этой конфликтной ситуацией, потому что в таких случаях высказывается много людей, есть большой массив текстов и тем, и встречаются пробросы, которые свидетельствуют о состоянии церкви — проявляется то, что обычно скрыто за медийной повесткой.

 

ЕЖ: Если отбросить тот факт, что в России, скорее всего, больше противников автокефалии, а на Украине, наоборот, больше сторонников, медийный пейзаж там и там как-то отличается или в общем и целом похож?

О.С.: На Украине невероятное количество спикеров, готовых затрагивать тему автокефалии. Кажется, все до одного депутаты Верховной рады хоть что-нибудь да сказали об этом, и там ощущается значительный перекос в сторону светских экспертов-комментаторов, что понятно ввиду политической подоплеки предоставления автокефалии. Кроме того, поскольку украинские СМИ — это очень пестрая мозаика, то и экспертов там огромное разнообразие, часто с антагонистичными позициями — кажется, что у каждого СМИ, даже самого маленького, есть свой «эксперт-хедлайнер».

 

ЕЖ: Есть ли там темы и позиции, с которыми мы в России не сталкиваемся?

О.С.: Мы в исследовании попытались выявить героев и антигероев момента, как они представлены в интернет-СМИ, и для меня было большой неожиданностью обнаружить «героя для всех» — митрополита Онуфрия, главу Украинской православной церкви Московского патриархата. Даже в противоположном украинском лагере «ярых автокефалистов» о нем говорят уважительно, при том что общий тон полемики допускает переход на личности и оскорбление оппонентов. У меня сложилось впечатление, что это очень интересная фигура, преуспевшая в церковной дипломатии и выигрывающая на фоне политических баталий благодаря своей монашески-пастырской позиции. Он отказался от «ястребиной» практики защиты мира (к которой прибегают иные церковные деятели) и ни разу не оскорбил оппонента, даже Филарета Денисенко, главного борца за обретение автокефалии, — у Онуфрия виноваты только политики, которые вмешиваются в «наши церковные дела». Во многом благодаря его личной позиции УПЦ МП на Украине не воспринимается исключительно как «церковный департамент России».

Если говорить не о позициях, а о темах, то на Украине важное место в обсуждении автокефалии занимала тема богослужебного языка. Скажем, митрополит УПЦ МП Софроний, который выступал за предоставление Томоса, аргументировал свое намерение уйти из-под МП желанием служить на родном украинском языке («Батьку наш Небесный» — это понятно…»). Украинизация богослужения остается одной из любимых тем главы ПЦУ Епифания.

Для украинских медиа также существенен спор о преемственности Русской православной церкви: к чему она восходит — к тысячелетней Руси или к сталинскому патриархату, созданному в 1943 году. У нас в России тоже есть сторонники той точки зрения, что нынешняя РПЦ МП — это детище Сталина, но на Украине автокефалисты массово отстаивают позицию, что никакой преемственности с древней церковью нет и современный Московский патриархат не имеет отношения к общеславянской колыбели крещения.

 

ЕЖ: А какой аргумент «за» автокефалию на первом месте?

О.С.: Для украинских СМИ на первом месте— независимость от России, 46 процентов материалов, затрагивающих эту тему, ратуют за суверенитет. Второй аргумент, который идет с большим отрывом, всего 9 процентов, обретение идентичности. Здесь стоит заметить, что в украинских СМИ есть особый класс спикеров, которых там же называют «атеистами Киевского патриархата»: это колумнисты, эксперты и журналисты, которые открыто признают, что в церковь не ходят, от Бога далеки и считают всю религию пережитком, но «веруют в Киевский патриархат» (в данном случае привожу прямую цитату блогера Олега Шарпа). То есть церковь воспринимается ими как некий институт, который создает дух нации. Поэтому среди аргументов за автокефалию существенен и такой: «Не будет молитв за российское войско и помощи ему».

 

ЕЖ: «Помощь» — это дань моменту, очевидно. А в России какой первый аргумент «за»?

О.С.: В России очень небольшой процент материалов (меньше двух), посвященных теме автокефалии, высказывается о ней в положительном ключе: даже либеральные, оппозиционные современной РПЦ СМИ чаще придерживаются нейтрально-критической позиции. Для этих двух процентов главный аргумент «за» — это тоже, как ни удивительно, «дать свободу Украине». Логика такая: отпустите уже! Есть еще аргумент об «альтернативной Руси»: мол, а давайте посмотрим, что будет, если страна, похожая на Россию, пойдет другим церковным путем — вдруг это окажется полезным и для нас.

 

ЕЖ: И как, вырисовывается «альтернативная Русь»?

О.С.: Пока никоим образом. Во всяком случае, наблюдается полная симметрия и с той, и с другой стороны при вопросе об отношениях церкви и государства — все говорят о теории симфонии.

 

ЕЖ: То есть украинские сторонники автокефалии тоже за симфонию...

О.С.: Практически все — и сторонники, и противники. И светские спикеры всех мастей за симфонию, и глава новообразованной Православной церкви Украины Епифаний ратует за симфонию, и управляющий делами УПЦ МП митрополит Антоний (Паканич) утверждает, что симфония — это идеальная модель взаимоотношений церкви и государства, про Филарета Денисенко и говорить нечего... Разве что богослов архимандрит Кирилл Говорун, который сейчас живет и преподает в США и считается «отцом автокефалии», написал, что Украине нужен томос, который делает нас свободными и от государства тоже. Но это позиция абсолютно маргинальная и представлена она в СМИ, которые не вошли в топ-10.

 

ЕЖ: А каковы основные аргументы «против» в России и на Украине?

О.С.: В России главный аргумент — нельзя давать автокефалию, потому что начнутся гонения на УПЦ МП, захват храмов, погромы и т.д. Второй аргумент — раскол вселенского православия. Мне этот аргумент представляется несколько дежурным, это такая общая риторика. Следующий — диктат Константинопольского патриархата на Украине. В сегменте украинских медиа это, кстати, главный аргумент против автокефалии. Варфоломей к тому же рядом СМИ подается как защитник «западных ценностей» (разрешил в своей церкви второбрачие для вдовых священников, празднует Рождество вместе с католиками) — так что нагнетается страх перед ценностным конфликтом. Второй аргумент «против» на Украине — это боязнь самых обычных конфликтов и кровопролития. И третий — опять же, раскол вселенского православия.  

В России со стороны церковных спикеров слышалась, по большей части, очень жесткая риторика, в духе «Эти действия не останутся без ответа!». На Украине тоже достаточно лозунгов, но там все-таки ощущается давление на УПЦ МП, кроме того, положение спасает выигрышный образ митрополита Онуфрия.

 

ЕЖ: Патриарх Кирилл положения не спасает?

О.С.: Нет, патриарх Кирилл не вошел в число героев ни в России, ни на Украине. Более того, если брать Россию, то есть ощущение, что ведется некая кампания против патриарха. Например, «Аиф», «Взгляд» (прямо скажем, не самые критичные по отношению к РПЦ ресурсы) в разгар спора об автокефалии опубликовали тексты, которые объясняли возникновение темы автокефалии провалом дипломатической политики Кирилла. Украинские СМИ в то же время пророчили: «Кирилла снимут». Кирилла снимут, Шевкунов придет.

 

ЕЖ: Украинские СМИ приветствуют приход Шевкунова?

О.С.: Ничего удивительного, если учесть аргументацию. Логика приблизительно такая: чем больше будет потрясений в российской церкви, тем лучше. Вот пусть придет Шевкунов, человек Путина, и все окончательно убедятся в том, что РПЦ накрепко связана с ФСБ, а мы на правильном пути.

 

ЕЖ: Можно ли говорить о каких-то неожиданных выводах?

О.С.: Для меня, например, тотальная поддержка теории симфонии была вполне неожиданна. Еще мне казалось, что в дискурсе должно быть больше собственно церковных аргументов в защиту автокефалии, но, кроме темы языка богослужения, мы ничего не обнаружили. В качестве дополнительной краски нашего исследования можно сказать об активизации в украинских СМИ греко-католиков, которые выдвинули свои проекты «объединения Украины». Скажем, глава греко-католиков на Украине епископ Святослав сразу после образования ПЦУ призвал восстановить евхаристическое общение между двумя церквями. Не знаю, что на это скажут папа Римский и Варфоломей, но идея в том, что Украина должна стать той теплицей, где произойдет объединение восточного и западного христианства на базе контактов католиков с ПЦУ — причем это сделает саму Украину «центром живого христианства». Таких оригинальных проектов в дискурсе наберется немало, и следить за этими пробросами, повторюсь, интересно — никогда не знаешь, что впоследствии выстрелит.

 

Беседовала Светлана Солодовник

_________________________________________

* Аналитический центр «Стол.ком» — некоммерческий исследовательский проект, который специализируется на мониторинге и анализе актуальной медиаповестки и дискурсивных практик.

Фото: 06.01.2019. Турция. Вселенский патриарх Варфоломей и митрополит Епифаний (слева направо) на церемонии передачи томоса об автокефалии Православной церкви Украины (ПЦУ) в соборе Святого Георгия в Стамбуле. MYKOLA LAZARENKO/POOL/EPA/ТАСС

 

Версия для печати